– В сноуборде самый топ и кайф – катание внетрассовое, по целине. Когда Бёртон изобрёл первую доску «ласточкин хвост» и выпустил её на рынок, она была предназначена именно для внетрассового катания. Ты плывёшь, это полная свобода. Cамое то – катание на дикой природе. Когда эти прыжки не с трамплина, а с камня, и каждый твой спуск – приключение, всегда по новому маршруту, каждый раз ты сам принимаешь решения.

Это адреналин. Мест, пригодных для катания, в мире немного. Нужны вертолёты, квалифицированные гиды, гарантии безопасности. В район должны быть вложены деньги, и он должен быть проверен. В России катаются на Камчатке и на Кавказе. Кавказ очень любят иностранцы. Там безумно красиво, но погода нестабильная. При сильных ветрах вертолёты летать не могут. Камчатка чуть лучше, но и там из восьми дней я катался три. За рубежом лучшее – Канада, Британская Колумбия. Канадцы первые начали хели бординг. Отличные горы, профессионально работает много операторов, стабильный климат. В Канаде я был два раза. Катался семь дней из семи и шесть из семи. Аляска – похуже. В Новой Зеландии и в Аргентине можно кататься летом – зима с середины июля до середины сентября, для фанов это важно. Оба раза мы катались половину времени. Жалко, летишь далеко, двадцать три часа. Хоть и дорого, но красивые края. Чили, Аргентина – зима август и почти весь сентябрь. Индийские Гималаи – известное место. Там люди катаются на безумных высотах, диапазон от четырёх до шести километров. Это предел для вертолёта, в разреженном воздухе лопастям не на что опереться. Австрийцы мне показывали фотографии с высоты пять-шесть километров, я не поверил. Они неделю туда добирались, потихоньку. Это – единственное место, где так высоко, в основном – не выше трёх с половиной километров. Основная зона катания – где-то между двумя и тремя.

Амуниция специальная и доски берутся разные, ведь непонятно, какой будет склон. Катание по снегу, поэтому и доски широкие. Вот я сейчас и на Тянь Шань полечу, и в Антарктиду, беру три разных доски, на каждой катаешься по ситуации. Те, кто увлекается, много внимания уделяют спасательному снаряжению. Если на этом не  экономить, то твои шансы, конечно же, возрастают. Производители – разные компании, в основном австрийцы и канадцы. Трассы не размечаются.

– Как удаётся управлять группой райдеров?

Если это большая группа, человек двадцать, то три гида: впереди, в середине и сзади. На Западе маленькие вертолёты, четыре райдера и один гид. Куда гид тебяповедёт, он должен в идеале знать. Инструктирует, говорит: «Левее моего следа идти нельзя – расщелины, правее – нормально, можете уходить не больше пятидесяти метров, вниз – только по моей команде». Как минимум у одного из группы есть рация, он слушает команды гида. Гид всегда идёт первым, метров через пятьсот ждёт группу, смотрит всё ли в порядке, даёт команду: можно!

В Канаде мы ходили по новым склонам, гид их не знал, он не отпускал вертолёт. Пилот говорит ему, куда можно идти, куда нельзя. Они каждое утро начинают с облётов, смотрят, куда пойдёт группа и «на дурака» не поведут. Хоть это дорого, на этом не экономят. В Канаде зона катания каждой фирмы примерно сто на сто километров. У гида висит карта – триста шестьдесят проверенных спусков. Он каждый год катает людей и знает, где есть опасные места. Но хотя у тебя самого есть опыт, ты далеко от следа уходить не будешь, это мера ответственности.

– А риск высок?

– Если сравнить с участниками авторалли, то конечно, выше. В прошлом году у нас погиб гид в Узбекистане. Ещё как-то погибли несколько человек с профессиональным гидом в Канаде. Доказали страховой компании, что все условия были соблюдены, лучшие профессионалы в мире, но природа... Ветер подул, ледник пополз, резко изменилась ситуация. Самая большая опасность – лавины, вторая – трещины, которые может присыпать снегом, и третье – сам вертолёт. Не из-за падений – вертолёты очень хорошие, работают профессионалы. Просто люди лезут под лопасти. Каждый страхуется. Обычно пакет делает тур-оператор. Но все равно подпишешь бумагу, в которой сказано, что отвечаешь за всё сам полностью, куда доставлять твоё тело, с кем связываться и т.д. То есть все риски на тебе. Ты обеспечен максимально и ни к кому претензий не имеешь.

– Нужно обладать серьёзной физической подготовкой?

– Не обязательно. Желательно, чтоб была, потому что самому будет трудно. Ты упал в снег, нужно отстегнуться, достать лопатку, сделать площадку, встать, поехать. Техника катания по целине особая. Требует специальной амуниции, денег, специальной подготовки. Но скорей все зависит от твоей целеустремлённости. Даже сейчас в Антарктиду с нами летят люди, уровень катания которых небольшой.

– Во что обходится поездка?

– Недельный пакет включает вертолёт, питание, проживание и так далее. В Канаде это от четырёх до семи тысяч евро. Самая дешёвая поездка – в Узбекистан (на неделю, без дороги, около $2000). Можно и за $700 в Австрию. Диапазон цен большой. На Западе достаточно давно этим занимаются, а у нас нет. Проблемы: вертолёты, гиды, разрешения. В Питере этим занимаются не больше десяти человек. В Москве – от пятидесяти до ста. И по стране – человек десять.

– Какова стоимость «поездки под заказ»?

– Никто до нас так не делал, поэтому оптимизацию выстроить сложно и получилось дорого – $18000 на человека. Летом первый раз полетим в Гренландию. Делается тур, организуют новозеландцы, неделя обходится в восемь тысяч евро без дороги в Рейкьявик. Это уже отработанный тур, но все равно дорого. Самое дорогое – это вертолёты. Если много связано с перелётами, это сразу приводит к подорожанию. Гид, работающий с группой из четырёх райдеров, в день получает примерно $1000.

– А как пришло в голову отправиться в Антарктиду?

– Идея родилась так: один из гидов, с которыми мы работаем в Новой Зеландии, показал мне фотографию, где он стоит с лыжами в Антарктиде. Я спросил у него, «можно ли там кататься», а он говорит: «я взял лыжи и немножко там покатался». Я никогда не знал, что в Антарктиде так много гор. Посмотрел карту и увидел, что там есть горы выше четырёх тысяч метров. Очень скалистый материк. Тогда я сказал: «А что, если нам попытаться организовать вертолётное катание?» И вот с этого идея началась, тогда они стали искать оператора. Первая группа будет состоять из людей, которые будут кататься, и из людей, которые едут туда просто посмотреть, пофотографировать, половить рыбу, попить водочки на природе. Это первая поездка. Основной оператор – аргентинская фирма. Программа следующая: летим в Буэнос-Айрес, потом на мыс, дальше, если будет хорошая погода, то на Антарктиду, там нас ждёт корабль – научно-исследовательское судно. Живём на судне, с судна летаем кататься, шесть-семь дней, назад плывём в сторону Аргентины, до чилийского мыса, потом в Чили, Буэнос-Айрес и в Питер – вся программа две недели. До этого таких экспедиций не организовывалось.

 С Андреем Шмаковым беседовал Юрий Воскресенский,
фотографии предоставлены Максимом Балаховским

КОНКУРС MISS EXTREME SSE RUSSIA!