– Александр, изменилось ли ваше восприятие нетократии и нетократов со времени выхода книги?

– Пожалуй, концепция нетократии только укрепилась и стала еще более значимой с тех пор, как была написана книга.

– Какова роль нетократа в обществе?

– Нетократ – это человек, который знает, как использовать глобальные сети коммуникаций в своих интересах. По мере разрастания, совершенствования и роста значимости этих сетей власть нетократии усиливается.

– Как эта роль проявляется в социальных кругах, корпорациях, странах, человечестве в целом или на уровне биологического вида?

– Все сети, будь то виртуальные сети интернета, страны, корпорации и т.д., работают сегодня по одним и тем же правилам. Нетократы берут в свои руки все эти системы. Жадные до денег, самовлюбленные карьеристы в науке, политике, в бизнесе и финансах становятся помехой.

– Какие проблемы нужно решать в связи с актуализацией нетократии и нетократов?

– Любые, которые вас волнуют. Я не обладаю достаточным авторитетом, чтобы утверждать, что является объективно важным. Вообще больше нет такого понятия, как «объективно важный», мы все живем в мире, где абсолютно все – относительно. Мы с Зодерквистом НИКОГДА не указываем людям, как им жить, мы просто объясняем, что и как работает. Это уже само по себе нетократичное отношение: в интерактивном обществе авторитетов нет.

– Вы – лидер сетевой компании. Какова главная особенность вашего бизнеса в этом отношении?

– Я настолько же слуга, насколько и лидер. Не выношу, когда ко мне относятся, как к представителю власти. Я просто творческий сетевой работник, мучимый неиссякаемым любопытством. Сегодня каждый сам себе лидер. И так теперь будет всегда.

– Как лидер сетевого сообщества, у которого нет формального статуса, считаете ли вы, что имеете определенные обязательства, связанные с этим? Или преимущества?

– Нет. Если у меня хорошо получается создавать сети, люди вернутся ко мне и захотят дальше развивать эти сети. Если я бездарен или не заинтересован, то очень быстро потеряю позиции, которые занимаю сейчас. Мобильность – центральный аспект мира интерактивности.

– Вы лично – нетократ? Как это проявляется в вашей жизни, стиле, поведении?

– Разумеется, мы с Содерквистом – нетократы. Мы сами следуем тому, что проповедуем.

– Вам нравится ощущать себя нетократом? Почему вы выбрали этот стиль и образ жизни?

– Если альтернатива – это быть скучным и непривлекательным потребителем или устаревшим и потерянным капиталистом, я, конечно, предпочитаю быть нетократом. Я полагаю, любой предпочел бы быть победителем, а не проигравшим.

– Есть ли у вас какие-нибудь интересы в России? В какой области, кроме музыки? Можно ли сказать, что это интересы нетократа?

– Я вложил кое-какие средства в России, у меня здесь много друзей и обширный круг связей, я люблю приезжать в Москву и Петербург, и моя музыка и наши книги очень популярны в России. Похоже, я и Россия отлично поладили!!! Нетократы занимаются всем, что вызывает их интерес, они любят превращать свои хобби в карьеру, прямо как я поступил со своими музыкой и книгами.

Интервью записал Юрий Воскресенский

Каталог книг издательства Стокгольмской школы на www.u-journal.com